Подробности

«…Я так слышу войну»
Из истории подлинной авторской партитуры Седьмой симфонии

Автограф партитуры Седьмой симфонии Д. Д. Шостаковича, которая будет представлена на выставке в рамках проекта «Партитура памяти», имеет свою интересную и необычную историю — «ленинградскую», где были написаны первые три части Симфонии, «куйбышевскую», где сочинение было завершено, а принятое решение о ее исполнении еще во время войны стало судьбоносным, и «московскую», когда подлинный авторский экземпляр поступил на государственное хранение и стал культурным достоянием страны и мира.

О сочинении Шостаковичем новой Симфонии довольно быстро стало известно широкой общественности: композитор неоднократно играл ее по партитуре на рояле близким друзьям (И. И. Соллертинскому, И. Д. Гликману, В. М. Богданову-Березовскому) и своим консерваторским ученикам (Оресту Евлахову, Юрию Левитину, Дмитрию Толстому и др.). Богданову-Березовскому запомнились огромные листы партитуры Симфонии, по которой играл автор.

1 октября Шостакович с семьей по особому распоряжению руководства города был срочно эвакуирован на военно-транспортном самолете из блокадного Ленинграда в Москву. Среди немногочисленных вещей, которые он взял с собой, была и партитура еще неоконченной Седьмой симфонии.

Дальнейшая история подлинной авторской партитуры связана с эвакуацией Шостаковича вместе с артистами Большого театра в Куйбышев. В какой-то момент единственный экземпляр Симфонии чуть было не потерялся. Дирижер Б. Э. Хайкин вспоминал: «Шостакович не знал, где находится тюк с его новой симфонией — Седьмой — и Шебалин тоже потерял рукопись своей симфонии. <…> Шостакович сидел неподвижно, был очень угнетен тем, что симфония, возможно, пропала…». Другой мемуарист Ф. Петров, пишет: «По дороге выяснилось, что Шостакович потерял партитуру Седьмой симфонии. На станции Рузаевка мы с Шостаковичем прохаживались по перрону и заглядывали в каждый вагон с надеждой обнаружить партитуру. Наконец в одном из тамбуров мы ее обнаружили. Видимо в последнюю минуту ее туда забросил администратор филиала ГАБТа Д. Терехов».

В декабре 1941 года Шостакович играл симфонию по автографу в домашнем кругу в Куйбышеве, а также в семье знаменитой арфистки В.Г. Дуловой, где симфонию в четыре руки исполнили автор и Л. Н. Оборин. Для подготовки к премьере в Куйбышеве с партитуры были выполнены рукописная копия и оркестровые голоса, которые в настоящее время хранятся в Большом театре. Пока не вышло издание, переписчики едва успевали делать копии для исполнений в других городах СССР, в том числе — для подготовки и исполнения Симфонии в блокадном Ленинграде. Один из близких друзей Шостаковича, И. Д. Гликман, приводит слова композитора, процитировавшего слова монолога Хлестакова из гоголевского «Ревизора»: «Симфония стала модной. Сюда приезжают курьеры из разных городов и просят моего содействия в переписке партитуры. Я им, конечно, ничем помочь не могу, и мне приходится от них отбиваться. Курьеры, курьеры, курьеры. 35 тысяч одних курьеров!»

Предоставлено Российским национальным музеем музыки
Предоставлено Российским национальным музеем музыки

Партитура автографа Седьмой симфонии интересна не только своей подлинностью, связью с историческими и культурными событиями. Мы видим характерный почерк композитора — очень аккуратный и четкий; обращаем внимание на оформление рукописи — она не переплетена и состоит, преимущественно, из одинарных листов, пронумерованных самим Шостаковичем (139 страниц). Симфония записана на хорошей бумаге турецкого производства, на качество бумаги обратил внимание С. С. Прокофьев, когда писал Шостаковичу о своем впечатлении от Симфонии.

Важными для исследователей являются некоторые авторские исправления в автографе. Зачеркиваний почти нет, замеченные композитором ошибки аккуратно им выскабливались бритвой и поверх первоначального текста вписывался новый. Это была характерная черта его работы: он не терпел зачеркиваний и неаккуратных вставок. В тех случаях, когда исправленный текст просматривался недостаточно четко, Шостакович дублировал его в нижней части листа.

Некоторые дополнения были внесены композитором во время подготовки Симфонии к изданию. Особый интерес представляет титульный лист, на котором имеется множество различных записей: это и авторское название, и варианты его переводов на английский и немецкий языки. Часть записей — это пометы редактора и корректора издательства «Музгиз» А. А. Карцева, его же записи о разрешении печатать ноты, заверенные директором М. А. Гринбергом. Имеется необходимый штамп Главного репертуарного комитета СССР с подписью уполномоченного Главреперткома А. А. Иконникова — в условиях военного времени и тотальной цензуры издания музыкальных произведений проходили официальное утверждение.

На некоторых листах партитуры сохранились корректорские пометы и замечания Шостаковича, так, например, он пишет: «При печатании прошу партии Tr-ni e Tuba набрать на своем месте, т<о> е<сть> между Corni Timp. ДШостакович; или: «При печатании партии Cоrni добавочные набрать на своем месте, т<о> е<сть> между Xyl. и V-ni I. ДШостакович».

В настоящее время уже слегка пожелтевшая от времени подлинная авторская партитура Седьмой симфонии хранится в Российском национальном музее музыки в Москве. История ее поступления в Музей такова: весной 1943 года Шостакович переехал с семьей из Куйбышева в столицу, стал профессором Московской государственной консерватории им. П. И. Чайковского и передал партитуру своей Седьмой симфонии в созданный в 1941 году Музей музыкальной культуры им. Н. Г. Рубинштейна при Московской консерватории (затем — Государственный музей музыкальной культуры им. М. И. Глинки, ныне – Российский национальный музей музыки). Но предварительная договоренность с Шостаковичем о передаче Музею материалов своего архива была заключена годом раньше. 2 апреля 1942 года Шостакович в письме к главному дирижеру Ленинградского Малого оперного театра Б. Э. Хайкину обратился с просьбой переслать рукописи своих сочинений, хранящихся в Ленинградской филармонии, директору нового Музея Е. Н. Алексеевой. 12 апреля 1943 года автограф Симфонии № 7 был внесен в первую книгу поступлений Музея за № 1422 и получил соответствующий номер и шифр.

Лариса Миллер, заведующая научно-исследовательским отделом рукописей Научной музыкальной библиотеки Санкт-Петербургской консерватории им. Н. А. Римского-Корсакова

Генеральный партнер Филармонии
Большой зал:
191186, Санкт-Петербург, Михайловская ул., 2
+7 (812) 240-01-80, +7 (812) 240-01-00
Малый зал:
191011, Санкт-Петербург, Невский пр., 30
+7 (812) 240-01-70
Напишите нам:
Часы работы кассы: с 11:00 до 20:00 (в дни концертов до 20:30)
Перерыв с 15:00 до 16:00
Вопросы направляйте на ticket@philharmonia.spb.ru
Часы работы кассы: с 11:00 до 19:00 (в дни концертов до 19:30)
Перерыв с 15:00 до 16:00
Вопросы направляйте на ticket@philharmonia.spb.ru
© 2000—2022
«Санкт-Петербургская филармония им. Д.Д.Шостаковича»