èþíå 2025 ãîäà íàðîäíàÿ àðòèñòêà ÐÑÔÑÐ, ëþáèìàÿ ïîêîëåíèÿìè àêòðèñà Ñâåòëàíà Êðþ÷êîâà îòìåòèëà þáèëåé: ïîä çíàêîì ýòîé äàòû â Áîëüøîì çàëå ôèëàðìîíèè ïðîéäåò ìóçûêàëüíî-ïîýòè÷åñêèé âå÷åð «Íåóãàñèìîå ñîçâåçäüå…». 

Èäåþ îáúåäèíèòü â îäíîé ïðîãðàììå ëèðèêó Àííû Àõìàòîâîé, Ìàðèíû Öâåòàåâîé, Îñèïà Ìàíäåëüøòàìà, Áîðèñà Ïàñòåðíàêà è Ìàðèè Ïåòðîâûõ çàäàëà ñòðîêà ñòèõîòâîðåíèÿ ïîñëåäíåé, ñòàâøàÿ íàçâàíèåì âå÷åðà. Òåêñòû ïîýòåññû ïðè åå æèçíè áûëè èçäàíû ëèøü îäíàæäû, ìàëûì òèðàæîì, ïðè ýòîì åå òàëàíò âûñîêî öåíèëè âñåìèðíî ïðèçíàííûå ñîâðåìåííèêè, Îñèï Ìàíäåëüøòàì ïîñâÿòèë åé ñòèõîòâîðåíèå. 

«Àõìàòîâîé è Ïàñòåðíàêà,

Öâåòàåâîé è Ìàíäåëüøòàìà

Íåðàçëó÷èìû èìåíà.

×åòûðå ïóòåâîäíûõ çíàêà —

Èõ ãîðíèé ñâåò ãîðèò óïðÿìî,

Èõ ñâÿçü òàèíñòâåííî ÿñíà.

Íåóãàñèìîå ñîçâåçäüå!»  

Ëèòåðàòóðíûå âå÷åðà Ñâåòëàíû Êðþ÷êîâîé – âñåãäà áîëüøîå ñîáûòèå, ñîáèðàþùåå ïîëíûå çàëû. Êàæäûé âå÷åð óíèêàëåí, íè îäèí íå ïîâòîðÿåò äðóãîãî: ýòî èçûñêàííàÿ ðàáîòà, â êîòîðîé Ñâåòëàíà Êðþ÷êîâà âûñòóïàåò íå òîëüêî êàê àêòðèñà, íî è êàê ðåæèññåð, ñöåíàðèñò, èññëåäîâàòåëü.