Согласие на использование cookies

Этот сайт использует файлы cookie для улучшения пользовательского опыта и анализа трафика на основании Федерального закона «О персональных данных» от 27.07.2006 № 152-ФЗ. Продолжая использование сайта, вы соглашаетесь на использование файлов cookie в соответствии с нашей Политикой обработки персональных данных. Вы можете настроить свой браузер для отказа от файлов cookie, но это может повлиять на функциональность сайта. При несогласии - покиньте сайт

ноября 2021

вторник

20:00

Большой зал

Шопен. Концерт № 2 для фортепиано с оркестром
Бетховен. Симфония № 7
6+

Шедевры эпохи романтизма прозвучат в исполнении Академического симфонического оркестра под управлением известного немецкого дирижера Александра Либрайха, солист – один из самых востребованных молодых российских пианистов Никита Мндоянц.

Концерт № 2 для фортепиано с оркестром, премьера которого в Варшаве в 1830 году возвела Шопена в статус национального героя (за роялем был автор), родился в переломный момент: сочинение звучало на одном из последних выступлений композитора на родине, с ним же он дебютировал в Париже, где ему предстояло провести вторую половину жизни. Успех и тут был безоговорочным: и нарочито эффектно написанный Концерт, и его автор произвели впечатление на взыскательную столичную публику и виднейших представителей артистического мира, в том числе – Мендельсона и Листа.

Как бы ни был блестящ и виртуозен Концерт, важную роль в нем играют столь важные для Шопена лирические образы. «У меня, может быть, к несчастью, уже есть свой идеал, которому я, не перемолвившись с ним ни словом, преданно служу уже полгода, о котором мечтаю, которому посвящаю Адажио моего Концерта», – писал юный композитор другу, имея ввиду Констанцию Гладковскую – свою первую любовь, одаренную певицу, с которой, покидая в 1830-м году родную Польшу, расстался навсегда. При публикации, которая состоялась спустя долгие шесть лет, Концерт получил посвящение другой красавице – блиставшей в парижском свете Дельфине Потоцкой – но его вторая часть, так или иначе, хранит свежесть и искренность первого чувства.